13:04 | Воскресенье 2017 | Главная | Каталог статей | Мой профиль | Выход на берег | Вход на палубу | Вы вошли как Салага | РЕГИСТРАЦИЯ | Группа | RSS



Категории
Корпус [0]
Судовой инвентарь [0]
Парусное вооружение [5]
Военное оснащение [6]
Дельные вещи [0]
Флаги и вымпелы [0]

Меню сайта

Казна сайта
Если понравился сайт

Кошелек WebMoney:
359263630216

Кошелек Яндекс Деньги:
410012027714240


Галерея


Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 84

Статистика

Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0


Статистика
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru



Главная » Статьи » Устройство корабля » Военное оснащение

История корабельной артиллерии

   Корабельное вооружение долгое время было представлено только образцами ближнего боя — тараном и различными механическими приспособлениями для разрушения весел, мачт, бортов и днища. Средства ведения сухопутной войны развивались более стремительно, и вскоре противоборствующие армии стали осыпать друг друга огромными камнями, булыжниками, бревнами, стрелами, выпущенными петроболами, баллистами и катапультами. 

  Стратеги того времени быстро оценили возможности разнообразных метательных машин и стали активно применять их и в борьбе с флотом противника: вначале массированный обстрел с установленных на берегу и на стенах крепостей орудий был призван воспрепятствовать высадке войск с кораблей на берег. Позже катапульты и баллисты стали ставить и на сами корабли — их огонь должен был удерживать флот врага на расстоянии, не давая ему приблизиться для тарана и абордажного боя. Так в 414—413 годах до н. э. при осаде афинянами Сиракуз метательные машины были применены и флотом против берега, а первый случай использования боевых метательных машин на кораблях в морском бою был документально зафиксирован в 406 году до н. э. в ходе Пелопоннесской войны. 
 

  Новый шаг в применении метательных машин в морском бою сделал Деметрий I Полиокрет (ок. 337—283 годов до н. э.) — македонский царь из династии Антигонидов. Именно он начал строить огромные боевые корабли, которые вооружал метательными машинами. Деметрий кардинально пересмотрел тактику морского боя, в которой тогда ставка делалась на скорость и маневренность, таранные удары и скоротечный абордажный бой. В битве возглавляемой им фригийской флотилии с флотом Птолемея I при Саламине Кипрском в 306 году до н. э. Деметрий, введя в строй свои «дредноуты», впервые добился победы в морском сражении только с помощью «артиллерии»: плавучие батареи — десять шестирядных и семь семирядных судов — не дали египетскому флоту выйти на таранный удар, оттеснили его к берегу и уничтожили. Численность египетской флотилии достигала нескольких сот кораблей. Уже после этой битвы Деметрий I построил несколько «левиафанов-катамаранов» с экипажем около 4000 человек каждый. На соединявшей корпуса катамаранов платформе умещалось большое количество метательных машин и солдат. После поражения Деметрия I его корабли-гиганты еще долгие годы «ходили по рукам», властвуя на просторах Средиземноморья и неся смерть и разрушения. 

  

 

Триконтера на чернофигурной вазе VI в. до н.э. Римский «скорпион» образца примерно 50 года до н. э. Древние римляне активно использовали подобные метательные машины на своих кораблях 

Примерно в это же время на смену триерам пришли более крупные корабли с боевыми площадками на носу и даже с целыми боевыми башнями, на которых устанавливались метательные машины — катапульты (или станковые луки). Для стрельбы из них использовались стрелы длиной 44—185 сантиметров и весом до 1,5 килограмма. Максимальная дальность стрельбы достигала 300—400 метров, но наиболее эффективно огонь велся на расстоянии до 150 метров. А в III веке до н. э. по указанию правителя Сиракуз был построен огромный 8-башенный корабль с мощной катапультой, метавшей большие ядра и огромные копья. Техническое оснащение этого корабля проводилось под непосредственным руководством знаменитого Архимеда. 

 


 

Эпоха пороха 


   С изобретением и распространением пороха корабли получили новое, очень мощное по тем временам вооружение. Первой «прописалась» на флоте бомбарда (от лат. bombus — «громовой» и ardere — «гореть»), представлявшая собой крупнокалиберное артиллерийское орудие с цилиндрическим каналом, конструктивно состоявшее из двух отдельных частей: ствола в виде толстой и гладкой внутри трубы одинаковой по всей длине толщины, имевшей составную структуру (продольные кованые железные полосы сваривались вместе в длину и скреплялись набитыми на них тяжелыми железными обручами, натянутыми в горячем виде), и каморы — небольшой трубы меньшего, чем ствол, диаметра, имевшей глухое дно. 

   Ствол крепился железными обручами к деревянной колоде, в задней части которой, позади ствола, имелось углубление для каморы. Порох закладывался в камору, после чего она закрывалась деревянной пробкой, а затем вставлялась передним концом в ствол. Причем во избежание прорыва пороховых газов соединение каморы и ствола замазывалось глиной. Снаряды — каменные ядра — вкладывались в ствол с казенной части. Интересно, что камням круглую форму придавали не обтесыванием, а за счет обматывания их веревками. Для того чтобы поджечь порох, в каморе сверху имелось отверстие, называвшееся запалом. Оно заполнялось порохом, поджигавшимся раскаленным железным прутом (в больших бомбардах) либо специальным фитилем (в малых бомбардах). Никаких прицелов, конечно, в этих орудиях еще не было. 

 

 

 

Перезарядка сухопутного орудия - бомбарда Бомбарда на носу галеры

 

   Впрочем, моряки поначалу приняли новое оружие с неохотой — порох отсыревал в морских условиях и часто не воспламенялся. Приходилось дублировать «недоразвитую» пороховую артиллерию более надежной допороховой — метательными машинами, которые после установки металлических пружинных механизмов стали стрелять намного дальше. «Золотой период» корабельных бомбард пришелся на XIV—XV века, когда флоты состояли преимущественно из галер и парусных неуклюжих нефов: чаще всего бомбарды ставили на носу корабля, а с 1493 года из них стали стрелять уже чугунными ядрами. Вооружение типовой галеры того времени включало три-пять орудий на носу — в середине стояло 36-фунтовое орудие, а по бокам и сзади — два 8-фунтовых и пара 4-фунтовых. Дополнительно на галере находились еще и камнеметы для метания на близкой дистанции камней весом 13,6—36,3 килограмма — пороховая артиллерия была еще не слишком надежна и давала «осечки», что в ближнем бою могло сослужить плохую службу.

 


 

Техническая революция 


В конце XV — начале XVI века, с одной стороны, начался быстрый рост производительных сил в Нидерландах, Англии и Франции, а с другой — в активную фазу вошел процесс создания крупных колониальных империй. В «большую игру» сначала включились Испания и Португалия, а затем и те же Франция, Англия и Нидерланды, что привело к постепенному усилению роли военного флота в обеспечении национальных интересов государства, в том числе связанных с нарушением торгового мореплавания противника и обороной своих морских путей и побережья.

Усовершенствование техники металлургического производства позволило улучшить качество отливки орудий. Бронза и чугун заменили железо, из которого раньше делали бомбарды. Появилась возможность уменьшить вес орудий и улучшить их баллистические свойства. Наибольших успехов в развитии артиллерии в конце XV — начале XVI века добились французы, которые изменили саму конструкцию орудия и стали отливать ствол цельным, отказавшись от его подвижной казенной части. Появились примитивные прицельные приспособления и клиновые устройства для изменения угла возвышения орудийного ствола.

 

Передвижная палубная бомбарда-мортира. Моряки плохо приняли первые бомбарды, но впоследствии широкое распространение на кораблях получили бомбарды-мортиры

 

 

 

Мастерская по изготовлению орудий. Старинная гравюра Передвижная палубная бомбарда-мортира на 2-х колесном лафете. 

 


Большое значение имела отливка чугунных ядер, заменивших каменные. Применение чугунного ядра позволило увеличить длину ствола до 20 калибров. Возросли масса боеприпаса и скорость его полета. К середине XVI века повысилось и качество пороха: вместо неудобной и даже опасной мякоти, прилипавшей к стенкам канала ствола, его стали изготавливать в виде зерен, что позволило улучшить баллистические качества орудий и перейти к новым, более совершенным конструкциям артиллерийских стволов. Все это привело к оптимизации баллистических свойств орудий и эффективности стрельбы. В обращение вошли также зажигательные и разрывные чугунные ядра.

Корабельная артиллерия начала играть все более заметную роль и в войне на приморских направлениях. Так, исход Гравелинского сражения 13 июля 1558 года, произошедшего между французской (маршал де Терма) и испанской (граф Эгмонт) армиями на побережье Па-де-Кале, во многом был предрешен неожиданным появлением 10 английских кораблей. Артиллерийский удар с моря внес смятение в ряды мужественно дравшихся французов, которые не выдержали последовавшей атаки и обратились в бегство.

Но классическим примером успешного и массового применения артиллерии в морском бою является, безусловно, сражение у Лепанто (средневековое название города Нафтактос, Греция) в заливе Патраикос между турецким гребным флотом (276 галер и галиотов) и соединенным флотом Священной лиги в составе Венеции, Ватикана, Генуи, Испании, Мальты, Сицилии и других (199 галер и 6 галеасов). Это случилось 7 октября 1571 года. Лига применила тогда свое «чудо-оружие» — плавучие батареи, галеасы, чем в первые же минуты боя повергла турок в замешательство.

 

 

 

 

 

 

Битва при Лепанто. Картина неизвестного художника  Парусно-гребное судно - галеас

 

   Парусно-гребной галеас (от итальянского galeazza — «большая галера»), ставший промежуточным типом военного корабля между гребной галерой и испанским парусным кораблем — галеоном, появился в результате стремительного развития артиллерии. Как только последняя стала приобретать серьезное значение на сухопутных полях сражений, венецианские корабелы сообразили создать и мощные плавучие батареи. 


Увеличить численность артиллерии на легких галерах или установить на них орудия более тяжелого калибра было невозможно. Поэтому и начали строить, сохранив насколько было возможно прежний чертеж (но изменив пропорции), более длинные, широкие и высокие, а вследствие того и гораздо более тяжелые корабли (водоизмещением в 800—1000 тонн) с высокими баком и шканцами и с бойницами для стрельбы из аркебуз. Длина таких кораблей возросла до 57 метров при отношении длины к ширине 6:1. Галеасы были намного неповоротливее галер, двигались большей частью под парусами и только в бою шли на веслах.

 

 

 

Вооружение галеаса было распределено на носу и корме, причем нос вооружали больше: самое сильное орудие, 50—80-фунтовое, стояло именно там, оно откатывалось до самой фок-мачты, для чего посередине палубы был оставлен свободный проход. Позже на галеасах ставили до 10 тяжелых носовых орудий (в два яруса) и 8 кормовых, даже между гребцами устанавливалось множество легких пушек, так что общее число орудий доходило до 72. В сражении у Лепанто артиллерийское вооружение галеасов настолько превосходило вооружение галер, что командир каждого галеаса обязывался вести бой с пятью галерами. Отныне главным в морском бою становилось уничтожение корабля противника с помощью корабельной артиллерии или же нанесение ему сильных повреждений и только после этого взятие на абордаж.

 

 

 


 

Артиллерия в России 
 

В России попытки использовать корабельную артиллерию предпринимались еще в допетровскую эпоху. Так, Летопись Авраамки сообщает о сражении в 1447 году на реке Нарова между ливонцами и новгородцами, в котором обеими сторонами была применена корабельная артиллерия. В 1911 году из реки подняли железное кованое казнозарядное орудие, датированное серединой ХV века и относящееся к распространенному в то время типу казнозарядных орудий со сменными зарядными каморами. Калибр орудия — 43 миллиметра (или 3/4 гривенки), длина — 112 сантиметров, вес — 34 килограмма. Ствол выполнен в виде железной трубы, внешняя поверхность которой была усилена наваренными кольцами. В казенной части крепилась железная рама для установки зарядной каморы, а металлический дугообразный запорный клин соединялся с орудием цепочкой. Зарядная камора — цилиндрическая, кованая, в передней части немного сужалась на конус, а в задней ее части располагалось запальное отверстие. Тело орудия при помощи железных обручей с гвоздями было закреплено в деревянной колоде длиной 226 миллиметров, причем в средней части колоды находилось поперечное отверстие для съемной цапфы. Это была одна из первых использовавшихся на кораблях бомбард. Камера выполнена съемной: после снаряжения ее порохом она вкладывалась в деревянную колоду, а соединение камеры со стволом обмазывалось глиной. Скорее всего, именно оно и было применено здесь в 1447 году. 


Первый же настоящий боевой корабль, вооруженный артиллерией, появился на Руси еще в правление Ивана Грозного во время борьбы с Ливонией за побережье Балтийского моря. Именно тогда московский царь решил создать наемный каперский флот, задачей которого стала защита нарвского торгового пути и борьба с вражеской морской торговлей.

 

 

 

 

 

Одна из первых бомбард используемых на флоте Русский «единорог» (1843 г.) однофунтового калибра (диаметр ствола — 50,8 мм), установленный на корабельном станке.

В начале 1570 года, за год до знаменитого сражения у Лепанто, царь Иван IV выдал датчанину Карстену Роде «жалованную грамоту» на организацию каперской флотилии. Первое судно новоявленный флотоводец вооружил тремя литыми чугунными пушками, десятью пушками малого калибра — «барсами», а также восемью мелкими дробовыми пушками, называвшимися пищалями. Действия корабля были настолько успешными, что вскоре Роде располагал уже тремя вооруженными судами (с 33 пушками), а к началу августа 1570 года он смог захватить 17 неприятельских торговых судов. Однако неудачная попытка взять Ревель послужила причиной распада каперского флота московского царя — кораблям просто негде было базироваться. 

 


 

Золотой Век паруса


   Так принято называть период с 1571 по 1863 год — время, когда большие, хорошо вооруженные многочисленной артиллерией парусные корабли безраздельно властвовали над морскими просторами. Соответственно, для этого периода была разработана своя уникальная военно-морская тактика — тактика парусного флота. Но для ее создания адмиралам потребовалось довольно много времени. 

Как писал в своем знаменитом труде «История войн на море» Альфред Штенцель, основную причину такого положения дел следовало бы искать «в главном оружии корабля, в артиллерии, которая тогда еще была очень несовершенна: о бое на дальних расстояниях в середине XVII столетия не могло быть и речи. Флоты сходились как можно ближе, чтобы быть в состоянии драться». Адмиралы были вынуждены сводить свои эскадры вплотную, и корабли, быстро обменявшись орудийными залпами, в конечном итоге все равно «сваливались» в абордажные схватки уже на первом этапе боя. Во всех морских странах появился даже устойчивый термин «свалка», вошедший в труды военных теоретиков и в наставления по военно-морским флотам.

 

 

Но постепенно суда и их артиллерийское вооружение приводились к единообразию, стандартизировались. Это упрощало и их производство, и снабжение флотов боевыми и иными припасами. Англичане первыми стали строить боевые корабли исходя из их предназначения для решения отдельных тактических заданий, например, линейные корабли — для артиллерийского боя в кильватерной колонне. Они же первыми ввели массово на флоте трехдечные (трехпалубные) линейные корабли, вооруженные очень мощными крупнокалиберными пушками, стоявшими на нижней батарейной палубе и наносившими сильные повреждения. В первом же бою очередной англо-голландской войны трехдечные гиганты британцев продемонстрировали свою огромную разрушительную силу — их преимущества в сомкнутом строю стали очевидны после первых же залпов.

 

 

 

 

112-пушечный линейный корабль 1-го ранга «Ройяль Луи» Корабельное орудие и канонир. Старинная гравюра

   

   Количество орудий на кораблях стало постоянно увеличиваться. Так, в 1610 году в боевой состав британского флота входит 64-пушечный флагман «Принс Ройял», имевший длину 35 метров и водоизмещение 1400 тонн, построенный в Вулвиче выдающимся инженером-кораблестроителем того времени Финеасом Петтом. Корабль считался родоначальником нового класса — парусных линейных кораблей. Французы в 1635 году под руководством корабельного мастера Ш. Морье построили 72-пушечный галеон «Ла Корона» водоизмещением 2100 тонн и длиной 50,7 метра. Он на протяжении почти 200 лет оставался эталоном большого парусного боевого корабля. А еще через три года британский флот получил своего «левиафана» — 104-пушечный линейный корабль «Соверин оф Сиз», построенный корабелом Питером Петтом и после полувека исправной службы сгоревший дотла в 1696 году от забытой кем-то простой восковой свечи. Французы построили аналогичный, первый в своем флоте трехдечный линейный корабль только в 1670 году. Им стал 70-пушечный «Солей Ройяль», созданный уже на основе первых технических правил, введенных Адмиралтейством Франции. Кстати, тот же Петт построил для английских моряков в 1646 году новый 32-пушечный «Констант Уорвик» — первый корабль класса «фрегат», предназначенный для ведения разведки и защиты морских торговых путей. И, наконец, в 1690 году на воду спустился британский 112-пушечный линейный корабль 1-го ранга «Ройяль Луи», долгое время считавшийся лучшим кораблем в своем классе — корабль водоизмещением 2130 тонн прослужил на флоте более 90 лет (!). Для сравнения: в России в начале следующего века был построен самый крупный боевой корабль в 64 пушки — линкор «Ингерманланд», флагман Петра Великого в годы Северной войны. 

 


 

Вершина дульнозарядных орудий
 
 
К началу XVIII века корабельные пушки, стрелявшие большей частью обычными ядрами или небольшими зарядами картечи, уже не могли наносить сильного вреда крупным боевым кораблям, отличавшимся большим водоизмещением, крепкими и толстыми бортами и надстройками. Кроме того, постоянное стремление добиться увеличения дальности стрельбы и массы снаряда (ядра) привело к тому, что вес и размеры корабельных орудий оказались просто гигантскими — их становилось все труднее наводить и заряжать. В итоге ухудшились и другие важные составляющие успешного морского боя — скорострельность орудий и точность их стрельбы. А уж стрельба разрывными (зажигательными) боеприпасами (бомбами) из таких орудий вообще была невозможной либо малоэффективной и небезопасной.

Оценив ситуацию, британский генерал-лейтенант Роберт Мелвилл в 1759 году предложил идею более легкого, но более крупнокалиберного корабельного орудия. Идея вызвала интерес у военных и промышленников, и в 1769—1779 годах на заводе «Каррон» (Фолкирк, Шотландия) под руководством инженера Чарлза Гаскойна была осуществлена окончательная разработка и изготовлены первые, как сейчас говорят — опытные, образцы нового орудия, получившего сначала названия мелвиллада и гасконада и только потом — каронада.
 
Карронада на подвижном лафете Другие варианты крепления карронад: 1 - на колесном лафете; 2 - на неподвижном лафете (малый колибр)
 
 
   Крепление каронад на кораблях было несколько отличным: их устанавливали на ползунковых станках, а не на колесных. А наведение каронады на цель осуществлялось вращением воротка, как в полевой артиллерии (не с помощью деревянного клина, как у обычных корабельных пушек). Каронада крепилась к станку при помощи проушины (внизу ствола) и вставленной в нее оси, а не с помощью цапф, расположенных по бокам обычной пушки. 

В первых же боях орудия наглядно продемонстрировали свои преимущества. Их эффективность настолько впечатлила адмиралов, что в Европе началась, можно сказать, гонка вооружений. Английский флот стал «первопроходцем» — каронада там стала применяться уже в 1779 году. Она получила эффектное прозвище smasher — что-то вроде «уничтожитель» или «сметающая все на своем пути». Новое орудие стало настолько модным, что появились корабли, артиллерийское вооружение которых состояло только из каронад; таким стал британский 56-пушечный линейный корабль «Глэттон».

Русский флот принял ее на вооружение в 1787 году — сначала это были образцы английского производства, но затем на флот пришли уже российские каронады, изготовленные непосредственно самим разработчиком — Чарлзом Гаскойном. Получив указание императрицы Екатерины II, российские дипломаты сделали все возможное для того, чтобы переманить шотландца на работу в Россию, где он с 1786 по 1806 год возглавлял производство на Александровском пушечнолитейном заводе в Петрозаводске; тамошние каронады маркировались словами «Гаскойн» и «Алекс. Звд.», имели номер орудия и год выпуска.

С вооружения каронаду стали снимать только в середине XIX века. Например, англичане сделали это только в 1850 году — после введения на флоте стальных орудий системы Уильяма Джорджа Армстронга. Наступала эра броненосных кораблей и нарезных орудий.
Категория: Военное оснащение | Добавил: MarkIiIs (16.08.2010)
Просмотров: 1158 | Рейтинг: 5.0/5
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Музыка

Интересное кино



Поиск



Copyright MyCorp © 2017   Используются технологии uCoz